Николай Мирный о воспитании чемпиона, дисциплине и пути Максима Мирного

Николай Мирный дал интервью Владимиру Новицкому на канале МЭТР TIME. Заслуженный тренер Беларуси, отец и первый тренер Максима Мирного рассказал о роли сына в команде Арины Соболенко, воспитании спортсмена, дисциплине, роли родителей, цене чемпионского пути и развитии теннисного центра Максима Мирного.

О работе Максима Мирного в команде Арины Соболенко

— Максим Мирный входит в тренерский штаб Арины Соболенко. Какие функции он выполняет в команде?

— Последние турниры были важны не только потому, что Арина их выиграла, но и потому, что она сделала это достойно и в очень серьёзной конкуренции.

В команде, как и в других видах спорта, есть несколько специалистов. Есть главный тренер, тренер по физподготовке, человек, который отвечает за определённые тактические элементы.

Максим — опытный игрок, у которого за карьеру было много серьёзных побед. Арина пригласила его в команду, чтобы поправить отдельные элементы игры: игру с лёта, подачу, некоторые тактические моменты.

Я надеюсь, что его помощь существенна и уже видна.

— Максим полностью созрел для тренерской роли?

— Родители и тренеры всегда должны быть немного недовольны своими детьми и воспитанниками. Мы всё время подсказываем, советуем, иногда упрекаем.

Я тоже вижу у Максима какие-то пробелы и что-то ему советую. Он в этом смысле молодец: не спорит, спокойно слушает, делает выводы.

В теннисе это грамотная позиция. Не нужно обязательно говорить советчику, что он дал правильный совет. Важно услышать его и в нужный момент использовать, если считаешь его правильным.

— Как команда воспринимает эмоциональные реакции Арины во время матчей?

— Никто не воспринимает это как личную обиду. Команда понимает, что для неё это определённый эмоциональный выход, который помогает ей справляться и идти дальше.

Она может поругаться, высказаться, эмоционально отреагировать. Но рядом свои люди, команда, и все понимают, что это часть работы.

В спорте контакт между игроком и его окружением действительно влияет на состояние. Иногда недовольство, эмоция, реакция могут повлиять на спортсмена, помочь ему собраться или, наоборот, выбить из ритма.

Как воспитать чемпиона: роль родителей и тренера

— Как воспитать чемпиона?

— Этот вопрос мне задавали много раз. На него можно ответить просто, а можно очень подробно.

Если речь идёт о детях, то прежде всего нужно думать о родителях. Тренер учит играть, но всё остальное во многом зависит от семьи.

Роль тренера иногда слишком завышают. Конечно, тренер важен, особенно как психолог. Но важно, чтобы ученик слышал тренера и воспринимал то, что ему говорят.

Если родители научили ребёнка слушать — тренера, учителя, родителей, — тогда могут быть успехи. Сначала можно воспитать профессионала, а уже потом чемпиона.

Родители должны присутствовать в процессе, понимать, что говорит тренер, задавать ребёнку вопросы: понял ли он задачу, почему не сделал то, о чём ему говорили, почему сделал это нехотя.

На этом опыте я сам учился у Аркадия Львовича Эдельмана. Он всегда смотрел ребёнку в глаза и видел, воспринимает ли тот информацию, которую ему дают.

— Родителям нужно присутствовать на тренировках?

— Это личное мнение, и оно может восприниматься по-разному. Я знаю тренеров, которые не допускали родителей на тренировки. Но в становлении Максима Аркадий Львович, наоборот, говорил мне: «Смотри, смотри».

Он отправлял меня на турниры с Максимом и другими юными теннисистами как ответственного родителя. Моё собственное становление тоже происходило через эту работу.

Тренер проводит с ребёнком два-три часа. Всё остальное время — это дисциплина, режим, контроль и ответственность родителей.

Когда родитель включён в процесс, слышит тренера и помогает ребёнку соблюдать требования, тогда можно рассчитывать на результат.

Почему Максим Мирный выбрал теннис

— Почему именно теннис, если вы сами занимались игровым спортом, а мама Максима была пловчихой?

— Всё получилось достаточно просто. В своё время я работал в молодёжном центре «Юность». Там был Валерий Лавренович, которого Аркадий Львович Эдельман пригласил в теннис из гандбола.

Игровые виды спорта во многом похожи: работа с мячом, большие движения, координация, реакция. Специалист, который понимает спорт, может быстро перестроиться и освоить новое направление.

Когда он пришёл в теннис, я решил отдать Максима в секцию. Тогда никто не ставил наполеоновских целей.

Но уже через год Максим на тренировках начал обыгрывать ребят, которые занимались дольше. И я понял: нужно заниматься этим серьёзно.

Тогда я сам начал по-другому относиться к его будущей профессии. Понял, что здесь работает и генетика: мама спортсменка, отец из игрового спорта. Наверное, мы правильно привели его именно в теннис.

О дисциплине и характере Максима Мирного

— Какое главное качество вы старались воспитать в Максиме?

— Дисциплина. Это первое, с чего всё начинается.

Утро у каждого начинается по-разному: кто-то не выспался, плохая погода, дождь, снег, нет настроения. Но если ты хочешь серьёзного результата, нужно уметь выполнять задачи вне зависимости от этих обстоятельств.

У нас была жёсткая дисциплина. Я старался воспитывать и себя, и Максима. Утро начиналось рано, примерно в 6:30. Нужно было встать, одеться и выйти на улицу в любую погоду.

Это дисциплинирует. А потом уже становится проще выполнять и сложные задачи.

— Вы скорее либерал или сторонник жёсткого подхода?

— Скорее кнут прежде всего. Но понятие «кнут» у всех разное.

Это не обязательно что-то грубое. Иногда это отсутствие привычной награды. Например, если плохо тренировался или не слушал тренера, не идём за молочным коктейлем после занятия.

Важно не обидеть ребёнка и не отвергнуть его, но при этом дать понять: требования существуют, и их нужно выполнять.

Дисциплина важна и сейчас. Максиму скоро 50 лет, но мы до сих пор вместе решаем задачи, вместе работаем в бизнесе, руководим центром Максима Мирного.

— Чем Максим отличался от других детей на тренировках?

— Его отличало желание заниматься дальше. Когда тренер говорил, что тренировка закончена, ему не хотелось уходить. Хотелось ещё и ещё.

И это осталось до сих пор. Даже когда есть другие планы, обед, семья, дела, он всё равно должен ещё побегать, сделать растяжку, позаниматься дополнительно.

Ему всегда было мало просто закончить тренировку. Он хотел сделать ещё что-то.

— Трудолюбие, талант и характер — три главных качества Максима?

— Талант я бы вообще из этого списка убрал. Я никогда не слышал, чтобы Максима называли каким-то особенно талантливым.

Он пахарь до мозга костей. В шесть лет он уже бегал со мной длинные кроссы. Здесь не было никакого секрета: бежал, падал, вставал и снова бежал.

Главное — трудолюбие и характер. От мамы он взял терпимость. Не просто терпение, а способность терпеть тогда, когда уже, кажется, невозможно.

Он мог долго работать над одним элементом. Например, пока не собьёт все фишки подачами, не заканчивает тренировку. Даже если идёт дождь, даже если уже пора уходить, он хочет довести задачу до конца.

О спортивной дисциплине Арины Соболенко

— Максим может дать Арине советы по подаче и игровым элементам?

— Конечно. Есть статистика, и по ней видно, что в подаче сейчас происходят изменения.

Но она изменилась не только в игре. Она по-другому стала вести себя на корте. Раньше после ошибки могла эмоционально реагировать, делать жесты, заниматься самодеятельностью.

Сейчас она по-другому относится к дисциплине. Не просто как к слову, а как к понятию. И это влияет и на подачу, и на игру в целом.

Она очень смелая девушка, бесшабашно смелая. Это тоже её сильная сторона.

— Почему Максим почти всегда выглядит невозмутимым, когда его показывают во время матчей Арины?

— Это понты. Я ему скажу, что нужно иногда улыбаться.

Но на самом деле он очень серьёзно относится к происходящему. Возможно, внутри у него совсем другие эмоции, чем видно по лицу.

О цене чемпионства и жертвах семьи

— Чемпионский путь всегда требует жертв?

— Конечно. Если ребёнок начинает серьёзно заниматься спортом, кому-то из родителей приходится ехать с ним на сборы, турниры, в академии, в другие страны.

Либо этим занимается федерация, либо семья сама ищет возможности. Но второй родитель часто остаётся дома, работает, занимается другими детьми, решает бытовые вопросы.

Из-за этого в семьях возникают сложности. Люди могут постепенно становиться чужими друг другу. Я знаю немало драматичных историй, когда родители спортсменов в итоге расходились.

У нас тоже не всё получилось. Мы поддерживаем ровные отношения, но не уникальны в этом смысле.

Поэтому родителям, которые хотят воспитать чемпиона, нужно быть готовыми и к таким последствиям. Воспитание спортсмена высокого уровня почти всегда требует серьёзных личных жертв.

— Где проходит граница между поддержкой и давлением на молодого спортсмена?

— Это самый сложный вопрос. Период становления профессионала примерно с 14 до 18 лет очень противоречивый.

В это время многое зависит не столько от самого начинающего спортсмена, сколько от родителей: как они поддерживают, как помогают финансово, как слышат тренера, насколько вовлечены в процесс.

Нужно внимание 24 часа в сутки. Идеальных людей нет. Я тоже далеко не идеальный.

О теннисном центре и взаимодействии с родителями

— Теннис — дорогое удовольствие?

— Расходы на воспитание теннисиста не больше, чем на хоккеиста или гимнаста.

У гимнасток костюмы могут стоить очень дорого. В теннисе также есть траты на соревнования, перелёты, гостиницы, экипировку, тренировки.

У каждого родителя свои ожидания. Кто-то хочет, чтобы ребёнок был здоровым, кто-то надеется на будущие победы и карьеру.

— Как в центре Максима Мирного выстраивается работа с родителями?

— В центре специально сделаны такие зоны, чтобы родители могли видеть, как работает ребёнок и как работает тренер.

Родитель должен слышать, что говорит тренер. Иногда дома тоже можно выполнять отдельные задания или помогать ребёнку работать над элементами.

Я постоянно говорю тренерам: общайтесь с родителями. А родителям говорю: если вы видите, что тренер не обращает внимания на ребёнка, стоит в телефоне или работает недобросовестно, не бойтесь сказать об этом.

Можно прийти к директору, обсудить ситуацию, найти решение. Тренер получает деньги за работу, значит, должен работать добросовестно.

О внуках, литературе и взгляде на жизнь

— Вы не только заслуженный тренер, но и заслуженный дедушка. Как складываются отношения с внуками?

— Сейчас мы с ними как будто на одном уровне. Я шучу, разговариваю, интересуюсь их жизнью.

Одному уже 16, другому 12. У нас очень хорошие отношения со старшими внуками.

Главное — я это делаю в удовольствие. Когда устаю, могу спокойно отойти в сторону. Без лишнего давления и без ощущения, что это обязанность.

— Что вам нравится вне спорта?

— Мне нравятся фильмы с глубоким смыслом и хорошие комедии. Люблю фильмы Эльдара Рязанова, Георгия Данелии.

Люблю читать, смотреть, а потом думать и размышлять.

Очень люблю «Старика и море» Эрнеста Хемингуэя. Я бы рекомендовал это произведение юным футболистам и спортсменам вообще.

Возможно, в детстве его сложно до конца понять. Но позже приходит простая и важная мысль: ты можешь, старик.

Это нужно говорить себе в сложные моменты. Тогда тренировки не будут казаться настолько тяжёлыми, а жизнь — настолько страшной.

О работе с Максимом Мирным сегодня

— Вы продолжаете работать с Максимом уже не только в спорте, но и в бизнесе. Это тоже непросто?

— Сейчас у нас с Максимом есть совместный бизнес, теннисный центр. И он всё ещё настолько глубоко в теннисе, что не всегда успевает полноценно включиться в управление.

Мне уже хочется постепенно передавать ему больше ответственности, но он ещё не до конца готов взять всё в свои руки.

Поэтому приходится постоянно подсказывать, объяснять, напоминать. У нас есть общие чаты с директором, бухгалтером, другими сотрудниками. Максим всё читает, задаёт вопросы, интересуется.

Это тоже жизнь. Чем старше становимся, тем больше набиваем шишек, потому что продолжаем пробовать, развиваться и решать новые задачи.